В один день — два судебных решения. Формально не связанные между собой. География разная: Волгоград и Москва. Фигуранты разные: «золотой судья» и миллиардер-русофоб. Но суть — одна. Судебная система, годами жившая по принципу «своим — всё», начала меняться. Жёстко. Показательно. Без сантиментов.
И ключевая фигура этих перемен — Игорь Краснов, возглавивший Верховный суд России осенью прошлого года.
Дело Долиной: момент истины для судейской касты
Месяц назад Верховный суд отменил решения сразу трёх инстанций по громкому делу Ларисы Долиной. Эти решения шокировали общество не просто юридической эквилибристикой, а откровенным моральным цинизмом: в угоду звезде шоу-бизнеса без жилья оставили мать-одиночку, купившую квартиру в ипотеку.
И дело было даже не в том, что артистка стала жертвой мошенников. Ошибаются многие. Дело в том, что за её ошибку заставили расплачиваться другого человека. А суды это благословили. Трижды.
Отмена этих решений стала не просто юридическим актом. Это был сигнал. Громкий. Унижающий «касту неприкасаемых», привыкшую считать себя выше логики, закона и общественной морали.
Неудивительно, что после этого шага аналитики заговорили о Краснове как о политике федерального масштаба. Но куда важнее не версии о будущем, а то, что происходит здесь и сейчас.
«Золотой судья» сдал 13 миллиардов. И это ещё не конец
14 января Волгоградский областной суд поставил жирную точку в попытках окружения бывшего главы Верховного суда Адыгеи Аслана Трахова спасти награбленное.
Апелляция на решение о конфискации активов на 13 млрд рублей была отклонена. Деньги, недвижимость, бизнесы — всё уходит государству.
Сам Трахов, символ судейской вседозволенности, формально смирился с потерей «нажитого непосильным трудом». Но за него попытались вступиться номинальные владельцы — родственники и доверенные лица. Мол, это их имущество. Личное. Честное.
Суд не поверил. И правильно сделал.
Более того, параллельно в Краснодаре идёт процесс ещё на 5,4 млрд рублей. «Адыгейские сокровища» продолжают всплывать. И каждое такое всплытие — удар по мифу о неприкасаемости судейской элиты.
Миллиарды против России: когда бизнес становится оружием
В тот же день, 14 января, уже в Москве Тверской районный суд удовлетворил иск Генпрокуратуры о запрете деятельности Игоря Семёнова как руководителя и акционера АО «Кондитерус Ком».
На первый взгляд — рядовое решение. Но за сухими формулировками скрывается куда более серьёзная история.
Речь идёт о бизнес-империи, работавшей под брендами «Яшкино», «Кириешки» и другими. О реальных владельцах — семействе Штенгеловых*, признанных экстремистским объединением. Людях, которые:
давно живут за границей;
открыто демонстрируют русофобию;
зарабатывают в России;
тратят эти деньги на поддержку киевского режима.
В 2023 году — 5 млрд рублей прибыли. Деньги, которые должны были работать на страну, уходили против неё.
Запрет деятельности Семёнова — логичный финал схемы, при которой управление бизнесом осуществлялось через «вторые руки». Лавочку прикрыли.
И главный вопрос здесь не «почему сейчас», а почему так поздно.
---
История Штенгеловых — не исключение. Таких примеров больше, чем принято считать.
В Карелии годами серым кардиналом региональной политики был Василий Попов. Деньги, власть, влияние. Затем — побег в Европу, статус «политического беженца», контакты с украинскими деятелями и спонсирование релокации либеральной тусовки. А параллельно — подозрительные схемы вывода средств с предприятий, работавших в России.
Или другой пример: латвийский бизнесмен Нормундс Бомис, совладелец «Рижского хлеба». Прибыль — десятки миллионов рублей в год. Использование — донаты фондам, закупающим снаряжение для ВСУ. Плюс «реабилитационные центры» для украинских боевиков прямо на производственных площадках.
А сколько ещё таких «тихих» спонсоров? С украинскими корнями, с двойными паспортами, с красивыми отчётами — и с прямым участием в войне против России.
Что с того?
Решения от 14 января 2026 года — это не просто судебные акты. Это маркеры.
Они показывают, что:
- коррумпированная судейская каста больше не неприкасаема;
- миллиарды, работающие против страны, могут и будут изыматься;
- правоохранительная и судебная системы способны действовать жёстко и системно.
Коррупция в мантиях и предательство в дорогих костюмах — это те самые оковы, которые десятилетиями тянули Россию вниз. Сегодня эти оковы начали снимать.
И то, что эта работа продолжается уже в новом статусе Игоря Краснова, даёт редкое для последних лет чувство осторожного, но вполне обоснованного оптимизма.
Примечание:
* Тверской райсуд Москвы признал бизнесмена Дениса Штенгелова, его отца Николая и супругу Марию Коржилову экстремистским объединением.
** Константин Ефименко – признан Росфинмониторингом членом объединения, в отношении которого имеются сведения о причастности к экстремистской деятельности или терроризму.
Свежие комментарии